.| Городские сказки

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » .| Городские сказки » ● Жилые районы » Дом Хэйкэ


Дом Хэйкэ

Сообщений 1 страница 14 из 14

1

*

Отредактировано Ари Хэйкэ (2010-06-13 19:53:27)

0

2

---------Питомник.
День подходил к своему логическому концу, а Ари Хейке уже был измотан и раздражен до такого предела, что вся хваленая сдержанность японцев катилась коту под хвост. Пачка сигарет выкурена за день- привычное для его легких дело, во рту ни крошки с самого утра, а этого уже желудок простить не мог и отзывался голодной судорогой уже битые полтора часа. Он мог бы пообедать в каком -нибудь ресторанчике, но обещал Юико, что поспеет вовремя. Как раз к ужину. Ари припарковал машину в нескольких метрах от входа в дом. Собственно, входом он назывался лишь условно, представляя собой классический европейский парк, с той лишь разницей, что вместо прямой дорожки, к мостику через овраг, вела извилистая, посыпанная белым гравием. Хейке любил этот дом, построенный совсем недавно с самой отдаленной части жилого района. Тишина, много свежего и полезного воздуха и главное, сюда можно было привезти Юико и оставить мальчика на месяц другой в одиночестве. Хейке не успел переступить порог внутреннего двора, как услышал дробный стук деревянной подошвы, приближающийся с заднего двора.
- Хейке! Хейке-сан!- Ари заметил лишь, как мелькают красные и золотые отблески окобо на ногах  Юико, так быстро мальчик бежал ему на встречу, рискуя вот-вот запутаться в своем кимоно и упасть. Хейке нахмурился, раздражение так и требовало выплеснуться наружу, хотя бы на этого малыша. Мужчина вовремя остановил его, ухватив за плечи и встряхивая как следует. Мальчик запыхался и часто дышал, но энергии в нем сейчас было ровно столько, сколько и радости в миндалевидных глазах. Тонкие ручки, словно пара вьюнков, против воли обвили Хейке за талию.
- Хейке -сан, я так соскучился, я видел вашу машину из парка,- Юико был четырнадцатилетним подростком, целиком и полностью принадлежавшим Хейке. Когда то он забрал из квартала проституток этого мальчика еще младенцем, а теперь растил его, ограждая от внешнего мира по мере возможности, и постепенно создавая из мальчика для себя идеального и верного раба. Юико был красивым, хоть мать и постаралась, смешав японскую кровь с европейской. Чуть шире разрез глаз, чем положено, чуть белее кожа, но разве это исключает ту красоту, которой был наделен мальчик? Хейке не удержался и склонился, чтобы поцеловать свою собственность. Горячий язычок мальчика скользнул ласково по губам хозяина и проник в рот, щеки мальчика мгновенно стали красными, Юико не научился еще сдерживать свои эмоции, поэтому любая радость или негодование отражалось на кукольном, выбеленном белилами лице. Юико очень часто ходил по дому в фурисоде, каждое утро мальчика начиналось именно с одевания столь замысловатой женской одежды. Хейке это нравилось, нравилось, когда Юико танцевал, когда умело разливал чай, когда играл на сэмисене или просто когда мальчик, словно верный пес, сидел у его ног дождливыми вечерами, ублажая слух Ари чтением.
- Бег и кимоно, две вещи не совместимые. Ты взмок.- тихо проговорил мужчина, проводя кончиками пальцев по вискам мальчишки, волосы которого были убраны в причудливую высокую прическу, высокий пучок  был подвязан красной лентой, из  черных, как смола волос торчала пара канзаши.  Юико понимающе кивнул, умело справляясь и с длинным подолом фурисоде и с такими же длинными рукавами, скромно потупив глаза и в один момент превращаясь из расшалившегося ребенка в куклу с серьезным лицом. Он поклонился, приглашая хозяина войти в дом, с соблюдением всех церемоний, ведь Юико понимал, что господину необходим отдых, а что как нельзя лучше восстанавливает силы после тяжелого дня, чем уголок родной страны? Мальчик распорядился насчет ванны и ужина, самолично приготовил все для купания и помог мужчине вымыться, охотно натирая его спину ароматным мылом.
За вечерним столом Ари Хейке сидел уже не один. Доктор Микото что-то воодушевленно рассказывал на японском, пропуская между едой стаканчики с сакэ, отчего лицо мужчины раскраснелось и тот стал болтливее. Ари отвлеченно кивал, порой бросая скупые реплики или задавая длинные вопросы, попутно поглаживая устроившегося на коленях Юико, совсем разомлевшего после выпитого глотка вишневого вина.  Темно- медовые глаза Юико уставились на бака гайдзина, скрюченного под действием лекарств господина доктора и пытающегося потереться о что-то твердое. Юико моргнул, прогоняя истому и дремоту, приподнялся, дотягиваясь губами до руки хозяина и нежно целуя ее, украдкой со злобой поглядывая на новое развлечение господина. Полагалось терпеть и смиренно выносить все прихоти хозяина, но как же он сейчас был глуп, приводя в дом это нечистоплотное создание. Юико ощутил не сразу, как его приподняли, а когда понял, что от него требовалось, охотно ответил на поцелуй, собирая губами вкус саке с губ любимого господина и с жадностью ловя даже эти крохи ласки. Сегодня хозяин был не в духе, это читалось даже по его отрывистым жестам, которыми Ари снабдил свой монолог.
- Помоги ему, Юрико. Будем гостеприимными хозяевами- Ари развязал хвост собственный волос, стаскивая шелковую ленту с бубенцами и подавая ее мальчику. Тот умел не только танцевать и читать, иначе Хэйкэ не держал бы его при себе, уча мальчика сексуальным ласкам, физиологии организма мужчины, но ни разу не занимаясь с ним сексом.
Густые ресницы Юико дрогнули, мальчик улыбнулся той скромной и целомудренной улыбкой, на которую были способный лишь гейко. Поклонившись гостям, мальчик подошел к пленнику и заговорил с ним на ломанном английском:
- Я помогу тебе..Тише..- тонкая рука в шелковой завязкой умело скользнула по напряженным мышцам пресса, вниз к паху, поглаживая красную кожу бедер. Юико закусил губу, догадываясь, что эти полосы от ремней, которые все еще впивались в бедра парня. Тело иностранца было нелепым, большим и некрасивым, по мнению мальчика. Слишком мужское, слишком мускулистое, но у Юико не было ни другого выбора, ни другого желания. Мальчик ловко обвязал основания чужого члена, тщательно завязывая узел, а затем убрав выбившийся локон за ушко, осторожно поцеловал сочащуюся смазкой алую головку члена. Маленький язычок слизнул новую порцию смегмы, Юико довольно мурлыкнул, склоняясь совсем низко к паху пленника и беря в рот как можно глубже. Небо судорожно дернулось, ощущая, как головка члена упирается в самое горло. С аппетитом чмокнув и сглатывая, Юико выпустил головку изо рта и кинул вопросительный взгляд на "гостя".
- Зачем ты пришел в наш дом? зачем ты встал на моем пути?- холодным шепотом, по японски проговорил Юико, сдавливая член своей жертвы пальцами и оттягивая его на себя, всем своим видом показывая, что собирается всего лишь подрочить бедняге, тем самым помочь себе.

Отредактировано Ари Хэйкэ (2010-06-15 17:42:09)

+1

3

--------------> Питомник

Джеймс судорожно сжимал и разжимал кулаки. Его частое, шумное дыхание постоянно сбивалось, прерываясь иногда коротким звонким вскриком, когда машина доктора подпрыгивала на кочке или поворачивала. Первые минут двадцать после введения пилюль парень скулил и пытался хоть как-то себя удовлетворить, но затем будто впал в транс: просто тихо сидел на заднем сидении и тупо смотрел в одну точку.
Когда парень более или менее привык к сильному возбуждению, и к нему вернулась способность хоть немного соображать, в голову начали лезть разные неприятные мысли, в основном обвиняющего характера.
- Ну и какой черт дернул тебя сопротивляться им у него на глазах?
- А что я должен был делать?
- Усмирить свою гордость и, как минимум, послушно выполнить его просьбу… Тогда бы не оказался в таком положении!
- В каком это «таком положении»?
- Напичканным наркотиками с возбудителем и с фаллоимитатором в одном месте! Ну что? Нравится тебе «такое положение», мазохист фигов?
- А ты как думаешь? Нет, конечно! Но ведь… Там был тот самый наемник, который… Который убил Кэвина… Я не смог сдержаться! Я бы и сейчас так поступил. Наверное…
- Да, при чем тут наемник? Я тебе про японца-альбиноса говорю!
- А при чем тут он?
- Он твой Хозяин! Он купил тебя! Обещай, что будешь его слушать, чтобы подобное больше не повторилось! Ведь ты не хочешь, чтобы это повторилось?
- Не хочу. Я постараюсь, но ничего не обещаю…

Судорожный вздох. Он слишком сильно сжал руки в кулаки, вспоров ногтями нежную кожу на ладонях. Боль подействовала немного отрезвляюще… Я мысленно разговариваю с самим собой… Кажется, легкий наркотик, входящий в состав пилюль, начал действовать.
Машина резко затормозила перед домом. Врач вышел из машины и, подойдя к задней дверце машины и открыв ее, отстегнул ремни безопасности.
- Идти сам сможешь или мне позвать прислугу? Только без глупостей!
Коротко кивнув, парень с трудом выбрался из машины. На свежем воздухе, когда тебя со всех сторон обвевает прохладный ветерок, было легче.
- Я постараюсь…
Ходить в таком состоянии было очень сложно, но еще сложнее было идти в таком состоянии босыми ногами по гравию. Три раза Джеймс спотыкался и едва не падал, услужливо подхватываемый врачом-японцем. Обиды на этого человека у парня почти не осталось. Все-таки это была его работа… Он не по своей воле делал это со мной. Джеймс даже раза два вымучено улыбнулся этому мужчине, что, судя по всему, не произвело на него никакого впечатления.
Когда они, наконец, дошли до двери, парень, не выдержав сексуального напряжения, рухнул на пол. Врач на японском подозвал двух парней из прислуги, которые отволокли его в столовую, оставив его на полу.
После душной кабины машины, прижаться разгоряченным телом к холодному полу было просто верхом блаженства. Да и теперь его никто не держал, и он мог хотя бы прижаться головкой члена к холодному полу, чтобы хоть немного умерить возбуждение. Слуги готовили стол к трапезе, нос приятно щекотал запах еды, от которого некуда было деться. Лишь почувствовав его, Джеймс осознал, насколько он на самом деле голоден: у него не было во рту ни крошки со вчерашнего вечера.
Прикрыть глаза и вновь впасть в транс, чтобы не чувствовать чувства голода и возбуждения. Из этого состояния его вывели мягкие прикосновения чьи-то маленьких ручек. Открыть глаза и с удивлением увидеть перед собой юного японца.
- Я помогу тебе… Тише…
Вздрогнуть и вскрикнуть от прикосновения чужих рук и губ к собственному члену. А когда он взял его член в свой маленький, жаркий ротик, Джеймс едва не кончил в него, с трудом сдержавшись. Член пульсировал, а тело вновь жаждало этих мягких, холодно-ласковых прикосновений.
- Зачем ты пришел в наш дом? Зачем ты встал на моем пути? – паренек говорил на японсков, видимо надеясь на то, что Джеймс его не поймет.
- Меня бы здесь не было, не будь на то воли твоего Господина. Я бы никогда добровольно не пришел бы сюда, поверь мне… Я не претендую ни на чье место. И… прекрати сейчас же! Не трогай меня. Я не хочу доставить тебе неудобство, тем более, что тебе вряд ли приятно удовлетворять гайджина, которого притащили сюда по прихоти твоего Хозяина. Плюс я не хочу, кончая, запачкать твое кимоно. – тихий, едва слышный шепот-ответ по-японски.
Наверняка, сейчас же сдаст меня и мое знание японского своему Хозяину. – подумал парень, внимательно наблюдая из под полуопущенных ресниц  за своим юным «удовлетворителем поневоле» и его Господином, наблюдающим за ними из-за стола.

+1

4

Юико поморщил красивый, ровный маленький носик и обернулся к господину. Гайдзин говорил на его родном языке, пусть плохо, с ошибками, но это был факт.
- Он знает японский,- пряча довольную улыбку, мальчик с превосходством в голосе, продолжил:
- И не знает ничего из физиологии своего организма, глупый глупый иностранец,- печально проговорил Юико, облизываясь. Весь его вид выдавал немое, реальное превосходство над пленником, сколько бы раз господин не выбрал это глупое, пугливое создание, он- Юико, в сотни тысяч раз будет, есть и останется лучше.
- Ты не измажешь мне кимоно, поскольку я перевязал тебе вот тут..- теплые маленькие пальчики скользнули по члену, вниз, туда, где уже успела намокнуть от смазки лента хозяина. - Как бы ты не хотел этого, глупенький.- Юико подобрал умело длинные рукава и снова склонился над привлекательной головкой, стал тщательно вылизывать ее, дразня маленькую щелочку, поглаживая нежную бархатистую кожу губами, собирая всю влагу до суха. Мальчику уже и самому захотелось продолжения, он с упоением прикрыл глаза и украдкой запустил ладошку себе между полов кимоно, чуть приподнялся и вздрогнул в какой-то момент, блаженно урча себе под нос и продолжая ласкать себя, одновременно облизывая стоящий колом член словно тот был леденцом.
Ари из-за стола наблюдал за мальчишкой, пряча улыбку удовольствия в пальцах сложенных рук. Когда рука Юико скользнула под подол, Хейке нахмурился, но окликать маленького развратника не стал. Он только наблюдал за тем, как его новая покупка мечется от безвыходности и незнания. Невинность давала надежду, что из парня выйдет хороший раб. При чем Хейке уже знал, чему его нельзя учить, а что следует вбивать поглубже в сознание.
- Юико, - холодно окликнул мальчика мужчина, рукоблудие подростка не входило в планы Хейке, он вообще запрещал мальчику трогать себя. - задери подол своего кимоно.
Юико словно очнулся от транса, вытолкнул язычком из за щеки головку члена и с опаской повернулся к господину. Рука под кимоно застыла, но было уже поздно. Хозяин заметил и обязательно накажет сейчас. Мальчик не стал перечить, задрал кимоно, затем дзюбан, показывая всем что уже давно возбужден, его маленький членик гордо торчал вверх, а мокрое пятнышко на нижнем кимоно говорило само за себя.
- Я не хотел..простите..- прошептал осипшим голосом японец и зажмурился, подходя ближе к господину и ожидая удара. Ари вздохнул, любуясь достоинством своего мальчика, маленьким еще и не развитым, и со всего рахмаху, плашмя ударил по стоящему члену ладонью. Зал в одну секунду наполнился вскриком и пыхтением, мальчишка не устоял на ногах и от боли рухнул на коленки, схватившись за пульсирующие яица и член, глотая слезы обиды и боли, Юико тихо стонал, не смея уползти в сторону из под ног хозяина.
- Джеймс, хочешь я сделаю так, что это все кончится? М?- Хейке переступил через скулящего мальчишку, словно тот был испорченной игрушкой и присел рядом с метавшимся по полу парнем. Холодные сильные пальцы схватили Джеймса за подбородок и приподняли лицо. - Только попроси...как следует попроси..-"стальные" глаза рассматривали каждую черточку лица невольника, пытаясь угадать, что сейчас тот переживает.

0

5

- Он знает японский. И не знает ничего из физиологии своего организма, глупый-глупый иностранец.
Тихий вздох и тщетная попытка вновь перевернуться на живот: тело уже практически не повиновалось парню. Что и требовалось доказать… Чтож, теперь Джеймс точно знал, что расслабиться ему в этом доме никогда не представится возможным: пара этих маленьких глаз будет беспрестанно следить за каждым его движением, и, в случае чего, их обладатель сразу же, в самое короткое время, донесет все его проступки и просчеты своему Хозяину. Парень не знал, откуда явилась в нем уверенность именно в таком отношении маленького японца к нему, но с каждой минутой эта уверенность росла… 
- Ты не измажешь мне кимоно, поскольку я перевязал тебе вот тут… Как бы ты не хотел этого, глупенький.
Маленькие пальцы вернулись к своему прежнему занятию, заставляя тело Джеймса безвольно сотрясаться от возбуждения, удовольствия и постоянного напряжения из-за невозможности разрядки. Этот язык сводил с ума. Это не правильно! Так нельзя! Он же еще совсем ребенок… Я не должен… Я… Из горла вырвался сдавленный полурык-полустон, более животный, чем человечий. По телу горячими волнами прокатывалось возбуждение, ломая волю и порабощая сознание. Сознание отключилось в угоду желаниям бренной оболочки.
На пару секунд приоткрыть глаза, любуясь своим маленьким «удовлетворителем». Вымучено улыбнуться, глядя на то, как маленький японец сам себя удовлетворяет, сунув свою маленькую ручку под кимоно. Это умиляло…
Но, похоже, умиляло это только его.
- Юико, задери подол своего кимоно.
Мельком увидеть выражение страха и вины на красивом лице мальчика, покорно вставшего, задравшего кимоно и подошедшего к тому беловолосому мужчине за столом. Сдавленно вскрикнуть и едва успеть закрыть глаза, чтобы не видеть того жестокого, беспричинного ,на взгляд Джеймса, удара, причинившего такую боль несчастному, невинному ребенку. Изверг! За что?! На глазах у парня выступили слезы, будто бы это его ударили, а не бедного Юико.
- Джеймс, хочешь, я сделаю так, что это все кончится? М? Только попроси... Как следует попроси… – мужчина вплотную приблизился к нему и, подхватив его пальцами за подбородок, заставил на себя смотреть.
Губы беззвучно повторяли вопрос: «За что?» Молчи! Это… это не твое дело… Не лезь… Будет хуже. Не только тебе, но и ему… Если тебе себя не жалко, то его пожалей. Ему попадет из-за тебя, если ты опять проявишь непокорство… Тяжело сглотнуть и, судорожно глотая воздух и пытаясь успокоиться, заговорить охрипшим после стонов и рыка голосом:
- Да… Я хочу… Я… Прошу… Пожалуйста… Простите… Я больше не буду… Я буду послушным… Я больше не буду сопротивляться… Я постараюсь… Пожалуйста… Умоляю… Простите… Я сделаю все… что только захотите… Пожалуйста… – парень то и дело срывался с японского языка на английский, глотая слезы и пытаясь окончательно не впасть в истерику.

0

6

Ари тихо вздохнул, считая причитания взрослого уже парня слишком детскими, европейцы настолько утомляли, что хотелось перерезать катаной эту шею, чтобы прекратился поток слез и слов заодно. Отпустив парня, Хейке пожал плечами, словно все еще сомневался в своем выборе, а это был самый плохой расклад из возможных вариантов.
- Встал на колени, задрал задницу как можно выше и не забудь растянуть себя, я не намерен удостаивать шлюху подобной чести..- процедил Ари, резко разворачиваясь на каблуках и улыбаясь уже полусонному и хмельному доктору. Тот уже спал на татами, порой что-то бубня, так что видеть всего не мог, но стоило оказать дорогому гостю еще чуть чуть почести.
- Юико, прикажи отвезти господина доктора домой и передай ему мои самые лучшие пожелания, через час я жду тебя...- подумав, прибавил мужчина, оценивая коротким взглядом состояние мальчика. Тот перестал скулить уже давно, чуть придерживаясь за пах встал и подцепив руками свою обувь и посеменил к выходу, утирая рукой слезы. - Не ребенок, но и не мужчина еще...терпение, Ари, терпение. Стальные глаза проводили паренька и метнулись к пленнику вновь. Использовать свою покупку по назначению прямо сейчас Хейке хотелось нестерпимо, но время, пока уносили сонного доктора и пока слуги убирались, словно замерло.
Наконец, наступила долгожданная пустота и тишина, было слышно лишь всхлипывание и стоны парня, впрочем так бывало со всеми, кто в первые попадал к Ари. Мужчина принялся раздеваться неторопливо, аккуратно складывая вещи и отсчитывая время, которое нужно пленнику, чтобы выполнить все его приказы.
- Юико ты понравился, так что сжимай свою задницу как можно сильнее, когда его членик будет трахать тебя, учись удовлетворять каждого, кто бы тебе не задрал подол. - нравоучительно заметил Ари, нанося на едва стоящий член немного смазки, попутно сознавая, что первый раз будет самым непростым, мальчишка девственник, да еще и боится сейчас его. Порвать такого- плевое дело, но это волновало Хейке меньше всего. Лишь бы не замучить эту зверушку раньше времени до смерти.
- Упрись локтями в пол и прогнись в пояснице, - член мужчины стал постепенно подниматься, Ари удовлетворенно ухмыльнулся и продолжил: - Будет не приятно- скажешь, я сменю позицию.- с этими словами мужчина расстегнул кольцо наручника с правого запястья парня и выжидательно посмотрел на него.

Отредактировано Ари Хэйкэ (2010-06-20 10:00:13)

+1

7

Юико постепенно успокаивался, и это не могло не радовать. Особенно Джеймса…  На пару минут страх перед японцем-альбиносом отступил, давая парню немного успокоиться и вновь обрести способность хоть немного нормально мыслить.
- Встал на колени, задрал задницу как можно выше и не забудь растянуть себя, я не намерен удостаивать шлюху подобной чести… – приказ, как и тогда в питомнике, был категоричен и обжалованию не подлежал.
- А ты что думал? Что тебе сразу все простят, погладят по головке и угостят конфеткой? Привыкай, парень… Теперь ты – шлюха. Пусть и знающая два с половиной языка и получившая классическое образование в лучших аристократических традициях. И твое предназначение – подставлять свой зад всякому, кто захочет заняться с тобой сексом.
- Я не хочу…
- Ты обещал ему слушаться. Сам рассуди: один день такого сексуального перенапряжения ты, быть может, выдержишь, но если ты сейчас его не послушаешь, эта мука продлится на два дня или более, а уж тут… Тут ты либо сойдешь с ума, либо приползешь к нему на коленях и будешь молить прекратить эту пытку, но не факт, что он тогда тебя простит… Японцы злопамятный народ, сам знаешь. Лучше укроти свою гордость и делай, что тебе велено.
- Хорошо… Но как? Руки у меня скованы, в заднем проходе фаллоимитатор, а мозг не варит от перевозбуждения! И я никогда еще себя… не растягивал…
- Мозг у тебя варит в любой ситуации. Придумаешь!

Тихо вздохнуть и, закусив губу, пытаться придумать способ выполнить поручение своего Хозяина. По правде говоря, парень пока не принимал этого японца за человека, который может повелевать им и распоряжаться его жизнью, здоровьем телесной оболочкой как сочтет нужным, хотя и чувствовал его превосходство над собой как в силе, так и в уме. Было в нем что-то не человеческое. Облик его был сравнительно молод, а глаза выдавали в нем человека не только более старого и умудренного жизненным опытом, чем он казался на первый взгляд, но они, так же, выдавали его жестокость, любовь к власти, способность подчинять своей воле и ломать собственную волю человека. Этот человек был холоден, расчетлив, хитер, но не лишен возможности любить… Джеймс это скорее ощущал своим каким-то шестым чувством, чем осознавал. Он мог быть добрее, чем казался или чем хотел показаться. За маской безразличия прятался человек с тонкой душевной организацией, которую парню, со временем, придется разгадать, чтобы окончательно понять его. А понять этого японца Джеймсу хотелось нестерпимо… Кто он? Почему он так ведет себя? Что сделало его таким жестоким? Вопросов было много, а ответы на них парню только предстояло найти.
Примерно минуту в голову не приходило ни единой светлой мысли, но действовать надо было немедленно ведь Хозяин уже начал раздеваться, поэтому парень сделал первое, что пришло ему в голову: перевернулся на бок и, слегка прогнув спину, чтобы скованными руками доставать до своей задницы, с трудом пропихнул мимо фаллоимитатора указательный палец левой руки в свое заднепроходное отверстие. Злосчастный пластмассовый инородный предмер что-то задел, по телу пробежала волна слабого удовольствия. Аккуратно ввести палец до конца, провести по тому месту, в которое ткнулся фаллоимитатор. Палец уперся в какой-то бугорок. От новой волны удовольствия на миг перехватило дыхание. Закрыть глаза, глубоко вдохнуть. Вновь осторожно задеть пальцем этот бугорок… Затем еще… и еще… Вот уже к указательному пальцу присоединяется средний.
- Юико ты понравился, так что сжимай свою задницу как можно сильнее, когда его членик будет трахать тебя, учись удовлетворять каждого, кто бы тебе ни задрал подол.
Приоткрыть глаза и непонимающе уставиться мутным от наслаждения взглядом на уже раздетого японца. Кажется, я немного увлекся самоудовлетворением… Хм… Юико? А при чем тут он? Он тоже будет заниматься со мной сексом? Но ведь он же еще совсем ребенок!
- Упрись локтями в пол и прогнись в пояснице. Будет неприятно - скажешь, я сменю позицию.
Коротко кивнуть в подтверждение того, что приказ он понял, вынуть пальцы из заднего прохода и покорно перевернуться на живот, почувствовав, как стальная хватка наручников на правом запястье пропала. Первая мысль, что посетила в тот момент парня, была мысль о побеге, – руки-то ведь теперь свободны, - но она тот час же испарилась: дом был полон слуг и его сразу бы поймали. Да и в таком нервно-возбужденном состоянии он далеко бы не ушел… Поэтому Джеймс решил не перечить желанию купившего его японца: парень встал на колени, широко расставил ноги и, максимально прогнувшись в пояснице, уперся локтями в пол, уткнувшись лицом в собственные руки.
- Так хорошо?
Ноги парня немного дрожали - тело все еще била крупная дрожь.

0

8

Только когда на лице мальчишки отразилось озадаченность, Ари сообразил, что дырка то уже занята и тому будет не удобно пихать в себя еще что-то. Но парень оказался прирожденной шлюшкой, сообразительной и на все согласной, пусть воля и сдавлена тисками наркотиков. Мужчина поправил очки, наблюдая, как палец вращается в анусе, явно мальчишка вошел во вкус и не кончает лишь благодаря перевязанному семенному каналу. Это умиляло до приторности на зубах, словно Хейке разом съел килограмм засахаренного мармелада и крупинки сладости теперь скрипят на зубах. Реакция Джеймса была предсказуема до последнего вздоха, даже дрожащие в нетерпении тело и выставленная на обозрение задница- все до мельчайших подробностей было уже много раз пройдено Хейке, мужчина ни чуть не медля освободил задний проход от фаллоса и отбросил его к лицу раба.
- Привыкай убирать за собой, - наверное стоило еще пояснить, чтобы парень облизал свой же фаллос и чем лучше он это сделает, тем полезнее будет для него самого, но вид чуть отечного, раскрасневшегося от прилива крови колечка сфинктера настолько сильно притягивал и отвлекал от прочих бренных забот, что Хейке не стал тратить время на фразы. Головка члена замерла у самого входа на какую- то минуту, мужчина оценивал, порвет ли он мальчика или же тому повезет, но главное это те неприятные ощущения, что будут у самого Ари. Протолкнуть в девственника свой не маленький член без лишних проблем можно было благодаря смазки, которую Ари нанес с лихвой на себя. Сгусток геля приятно охлаждал перевозбужденную плоть, от этого предвкушения свело сладкой истомой внизу живота, Хейке уже хорошо знал, что последует за этим ощущением. Впившись пальцами в бедра мальчика, мужчина буквально насадил его на себя с такой силой, что мышечная преграда поддалась практически с первого раза. Головка члена окунулась в чуть растянутую плоть и с давлением продвинулась вперед, раздвигая стенки кишечника. Мальчишка боялся, был слишком возбужден и дрожал, все это разом заставляло его тело сжиматься вокруг члена Ари.
- Восхитительно тесно..- шепотом произнес мужчина, продолжая толкаться бедрами вперед, еще сильнее натягивая задницу раба на свой член. Чтобы шло легче, он раздвинул половинки ягодицы максимально широко, упираясь большими пальцами почти в самое нутро мальчишки и рискуя порвать его не членом, так руками. Тонкая струйка крови побежала по бедру трясущегося паренька, когда Хейке подал чуть назад, видимо он перегнул палку и мальчишку надо потом зашивать. Или не надо..проще купить нового видимо..- задумался мужчина, резко делая толчок вперед до упора. Это всегда было по разному, у кого то из его партнеров был слишком узкий проход, кто-то начинал верещать и кончать сразу же, от того что Ари сразу же упирался в слишком близко расположенную простату. У этого экземпляра все было как надо, даже судорожное подергивание мускулатуры, пытающейся вытолкать член наружу.  нравилось японцу. Он перевел одну руку с бедра Джеймса к соску и мягко, едва ощутимо погладил комочек плоти подушечками пальцев, добиваясь того, чтобы парень под ним перестал так неистово сам себе вредить.
- Скоро привыкнешь..- словно речь шла о новом режиме дня или новом месте жительства. Легкий укус у самой шеи, после которого начались толчки- размеренные и однотонные, словно пытались вдолбиться в тело глубоко и основательно. Ари не любил баловать шлюх- если можно долбиться и просто трахать, то пусть привыкают, он не намерен включать разнообразие в их существование. Порой он входил так глубоко и с такой силой, что его пах с тихим хлопком соприкасался с розовыми ягодицами невольника. Очень скоро мышцы сфинктера растянулись достаточно, чтобы член с легким хлюпаньем погружался в кишечник и выходил от туда, выволакивая наружу сукровицу и смазку, чуть потемневшую от смеси содержимого прямой кишки.
Вспомнив, что на мальчишке находится лента, Хейке на миг остановился, вышел полностью, чтобы перевернуть парня на спину и закинуть его ноги себе на плечи. Так ему нравилось больше- видеть измученное, заплаканное лицо своей жертвы, просящие пощады глаза и понимать по шевелению губ, как мальчишка просит пощады. Он потерся горячим, грязным членом о стоящий, уже багровый от приливая крови член раба, размазывая дерьмо из задницы Джеймса по его же члену и снова  запихнул член в уже не смыкающийся анус. Пальцы ловко поддели узелок и распустили бант, давая крови отлить от измученного органа. Теперь парень мог разрядиться, впрочем Хейке уже было все равно, он безотчетно долбился в чавкающую дырку, заставляя мальчика подмахивать себе бедрами. Минута борьбы с собственным телом, которое захотело разрядки, когда пальцы судорожно сжимают основание члена и продолжают поддрачивать, чтобы еще на миг оттянуть миг блаженства. Хейке вздрогнул и затолкав член как можно глубже, кончил с тихим утробным рыком, больше походившим на звериный. Было невообразимо приятно залить все нутро этого парня семенем, дождаться когда судорога оргазма пройдет и вытащить уже начавший опадать член из задницы, чтобы с довольной ухмылкой похлопать свою подстилку по бедрам и с одобрением в голосе сказать:
- Выльешь из своей дыры хоть каплю, будешь языком вылизывать весь пол, а потом отправишься на псарню облизывать сук во время течки, Джеймс..- мягко погладив впалый живот мальчика, мужчина развел его ноги так широко, насколько позволяли мышцы. Чуть пошатываясь и убирая сбившиеся светлые локоны за ухо, Ари снял очки и присел рядом, слепо щурясь, словно мартовский кот первым солнечным лучам. Он почти задремал, когда вернулся Юико, осторожно дотрагиваясь до плеч хозяина, мальчик старался не смотреть на иностранца, бросив однажды лишь испуганный взгляд куда то вниз.
- Ванна готова и кровать тоже, господин...позвольте, я отведу вас?- тоненькая ручка скользнула по плечам и груди, приводя Ари в сознание реальности. Мужчина кивнул, прикрывая веки и позволяя поднять себя, слепого и беззащитного на вид.
- Пусть вымоют его, удалят все волосы на теле, но прежде я хочу посмотреть на тебя Юико..Тебе ведь понравился этот раб?- глаза хозяина в какой то миг осознанно, без очков поймали зрачки Юико, который усомнился в том, что хозяин страдает близорукостью. Мальчик облизал губы и помотал головой:
- Господин, я люблю только Вас..- Юико набрал было в грудь побольше воздуха для продолжения, но боль обожгла щеку так неожиданно, что мальчик не устоял и упал рядом с иностранцем навзничь. Лицо пылало, в щеке пульсировало с такой силой, что слезы помимо воли потекли из глаз. Юико утер их рукавом и слизнул кровь с разбитой губы, преданно всматриваясь в лицо Ари.
- Ты стал глух, Юико?- мальчик лишь вздрогнул и поспешно принялся разматывать на себе оби, путаясь в ткани и снимать верхнее и нижнее кимоно, попутно гадая, как возбудиться снова, ведь в паху все еще болело. Быстро раздевшись, Юико неуверенно подполз к пленнику и убрав волосы за ушко тем же жестом, что и хозяин, стал тереться о член парня пахом. Тот был в разы больше членика ребенка, Юико однако не смущался этого факта, выращенный в обстановке полного отсутствия морали на счет однополого неравного секса. Мальчик лишь коснулся пальчиками входа раба, ласково поглаживая мокрую дорожку выделений на промежности и угадывая по напряжению мышц, что пленный иностранец пытается удержать что-то внутри себя.

0

9

Сказать, что Джеймс нервничал – ничего не сказать. Хотя… Думаю, так бы себя чувствовал на его месте всякий, чьего друга хладнокровно убили, его самого приволокли в какой-то бордель, который находится черт знает где, и продали там японцу с наклонностями законченного садиста, который решил испробовать его зад на прочность, а его самого на выдержку, покорность и сдержанность. Возможность бежать фактически равна нулю. По крайней мере пока… Пока парень не осмотрится и не поймет, куда его занесло и возможно ли вообще отсюда выбраться. Или, хотя бы, уведомить мать о том, что он жив. Пока жив… Мало ли, что взбредет в голову этому японцу, ведь теперь Джеймс его собственность, которой он сможет распоряжаться как угодно. А так же где угодно, куда угодно и когда угодно… – мрачно добавил про себя парень. Перспектива быть чьей-то шлюшкой его, конечно, не привлекала… Скорее пугала. Он никогда и с девушкой-то не был близок, не то что со взрослым мужчиной. Да еще и в подчиненном положении… Что, если я ему не понравлюсь? Поэтому вполне естественно было то, что Джеймс не очень-то обрадовался, когда фаллоимитатор покинул его заднепроходное отверстие, хотя и был ужасно возбужден, а его тело требовало удовлетворения и разрядки…
- Привыкай убирать за собой. – искусственный фаллос приземлился всего в нескольких сантиметрах от головы парня.
- Да, Господин. Я учту эту свою оплошность и исправлюсь. – голос Джеймса казался спокойным, хотя теперь его сильнее била дрожь: от ужаса, перевозбуждения и предвкушения.
Аккуратно, кончиками пальцев, оттолкнуть фаллос от своей головы, чтобы тот не мешал ему. Примерно еще минуту ничего не происходило, затем на его бедра легли прохладные руки японца и… Джеймс, конечно, предполагал, что будет больно, но никак не думал, что настолько: парню пришлось впиться зубами в собственную руку, чтобы не закричать от ощущений в своей заднице. У мальчика создалось впечатление, что в него впихнули что-то слишком огромное и необъятное, что-то, что вот-вот порвет его задний проход, если это тот час не высунуть обратно. За что? Почему именно я?! Слабо дернуться, но усилием воли заставить себя стоять на месте в той позе, в которой приказано стоять. По щекам на пол стекали слезы, мальчик всхлипывал как можно тише, чтобы японец этого не слышал.
- Он сказал, что сменит позицию, если будет неприятно…
- В этом нет смысла. Сомневаюсь, что даже в другой позиции мне будет легче. Как же больно-то!
- Расслабься… Не расслабишься – будет хуже.
- Не могу… Слишком больно…
- Постарайся.

Глубоко вдохнуть и попытаться хоть немного расслабить мышцы ануса, ног, спины и прочих частей тела.
- Восхитительно тесно… – вздрогнуть, когда пальцы японца коснулись его ягодиц, раздвигая их, и дернуться, почувствовав как плоть, наконец, не выдержав натяжения и натиска, порвалась, а по ногам тонкой струйкой потекла кровь. Из-за крепко сомкнутых на руке зубов вырвался тихий, придушенный полурык-полустон. Еще чуть-чуть и я прокушу себе руку… Уж лучше кричать от боли тогда. С трудом разомкнуть зубы, выпустив руку, просто уткнуться носом в ладони и крепко зажмуриться, беспомощно роняя слезы на ладони и тихо всхлипывая. Рука японца скользнула с бедра парня к соску, пальцы нежно, в тот момент Джеймсу показалось, ласково погладили его, помогая мальчику немного расслабиться. Это прикосновение подействовало на него немного ободряюще.
- Скоро привыкнешь… – слова обнадеживали, а ощущение чужого горячего дыхания и легкого укуса на шее заводило, доводя несчастного мальчика, который не мог разрядиться из-за ленты, перевязывающей его семенной канал, до полусумасшедшего, полуобморочного состояния. Через пару минут эти слова себя хоть немного, но оправдали: парень научился правильно дышать и пытался не обращать внимания на боль, получая от секса слабое удовольствие, и даже начал тихо постанывать в такт толчкам.
Напряжение и возбуждение уже давно достигло предела, Джеймс оставался в сознании лишь благодаря болевым ощущениям, причиняемым членом японца, но, между тем, чем сильнее растягивалась его дырочка, тем слабее становилась боль, поэтому с каждым новым толчком парень отчетливо понимал, что дальше так продолжаться не может: либо он разряжается, либо теряет сознание…
Японец, похоже, тоже так подумал, потому как примерно через минуту Джеймс был перевернут им на спину, установлен в новую позу и освобожден от завязки, мешающей ему кончить. Все это парень, заплаканный, со сбившимися волосами, прилипшими к влажным от пота лбу, плечам, спине, понимал тогда уже краем сознания, безотчетно глядя в глаза своему мучителю и беззвучно умоляя его хоть чем-нибудь облегчить его страдания. Руки судорожно метались по телу, которое змеей извивалось на полу, удерживаемое лишь руками японца, пытаясь доставить ему хоть каплю удовольствия, принести хоть немного облегчения: левая рука поглаживала шею, грудь, живот, бедра, щекотала соски, а правая немного неумело ласкала член, уделяя особое внимание головке… Из горла вырывались тихие придушенные стоны, иногда переходящие в пронзительные крики, судорожные всхлипы или хриплое рычание.
Он кончил немного раньше Хозяина, зажав головку члена в руке и перепачкав свою ладонь в сперме. Судорожно сглотнуть, чувствуя, как чужое горячее семя заливает нутро, и жадно облизать свою ладонь, слизывая с нее все до последней капли.
- Выльешь из своей дыры хоть каплю, будешь языком вылизывать весь пол, а потом отправишься на псарню облизывать сук во время течки, Джеймс…
Японец был доволен… Джеймс слышал это по его голосу, чувствовал по его прикосновениям. Но, тем не менее, расслабляться не приходилось: ему отдали новый приказ, за невыполнение которого его ждет еще большее унижение, чем то, которое он сегодня перенес. Да и возбуждение от пилюль еще не до конца отпустило парня – его член вновь начал наливаться кровь, гордо вставая и твердея.
Изо всех сил сжав мышцы заднего прохода, чтобы не пролить ни капли спермы Хозяина, смешанной с содержимым его прямой кишки, на пол, чувствовать, как Он зачем-то широко разводит его ноги, согнутые в коленях, в стороны, чувствовать усталость и сонливость. Осознавать, что он (Джеймс) уже уснул бы, если бы не приказ и еще не прошедшее, уже не такое сильное и изнуряющее, как в первый раз, возбуждение.
Осторожно, с легкой улыбкой на губах, наблюдать за японцем из под полуопущенных век: он выглядел довольным, но усталым и сонным. Бедняга уснул бы, если б не вернулся Юико.
- Ванна готова и кровать тоже, господин...позвольте, я отведу вас? – паренек старался на него не смотреть, все его внимание было обращено на, теперь уже их общего, Хозяина. Наверняка он очень сильно ненавидел сейчас Джеймса за это: «глупый и неразумный» гайджин пришел  отнял у него часть тех крох хозяйского внимание, которыми он так дорожил… Бедный малыш… Если бы ты только знал, если бы только понимал, что я бы сам добровольно никогда бы сюда не пришел. Никогда бы не сделал тебе больно… Он бы никогда не сделал тебе больно из-за меня. Никогда… Просто закрыть глаза и безучастно слушать дальнейший разговор. Вот Хозяин отдает распоряжения насчет него, вот он спрашивает, понравился ли он Юико, вот Юико отвечает и громкий шлепок возвещает о том, что ответ неверный… Конченый садист… Как так можно? Понимаю я, но он же еще совсем ребенок! За что? Со временем ему придется найти способ оградить Юико от жестокости их Хозяина, хотя парень сомневался, что ему по силам будет хоть что-то исправить в отношении этого японца-альбиноса к жизни и к людям, окружающим его. А пока… Пока разумнее всего будет потерпеть.
Почувствовав вновь прикосновения маленьких ручек к собственному телу, лишь слегка приоткрыть глаза, задав мальчику пока один единственный вопрос на японском:
- Какую позу мне принять, чтобы тебе было удобно?

Отредактировано James Lewis (2010-06-28 13:32:30)

0

10

Под маленькими подушечками пальцев слишком горячая кожа, ощущается, как напряженные мышцы подрагивают под ней, готовые вот-вот свернуться в комок. Юико убрал ладонь, с интересом наблюдая за парнем. Это был его первый в жизни мужчина, не считая Хозяина, и этот самый мужчина не вызывал сейчас ничего, кроме острого желания разбить об его заплаканное, в соплях лицо ту напольную вазу с розами. Мальчик замешкался, отпрянул и растерялся, он никогда не видел перед собой такого. Слишком быстро сломлен, слишком жалок и….не достоин Хозяина.  Некогда накрашенные алым губы дрогнули в попытке изобразить улыбку, но Юико все таки сдался, его замутило и та ладонь, что минуту назад гладила парня, теперь плотно прильнула к лицу. Мальчик сдавленно всхлипнул и отполз назад, решая тем самым для самого себя быть избитым до полусмерти, возможно даже умереть, но не прикасаться к этому человеку.
- Я…не хочу так,-пролепетал мальчик, дрожащими руками собирая с пола кимоно и прикрываясь им от посторонних глаз, от гнева, от предстоящей боли, что обязательно будет. Улыбка Ари на попытки пацаненка укрыться в ворохе шмотья, она благодушна и снисходительна- не привязанность и не любовь, может толика расчетливого страха, когда не будет Юико, наступит одиночество, пусть временное, но даже в таком виде оно пугало. Хейке не хотел засыпать один в своей кровати, это всегда заставляло искать, голодать и тревожиться, а лишние заботы превращали его бесконечность в то, что люди привыкли называть судьбой. Демон облизал губы и поманил мальчика к себе, протянув лишь только руку. В миг у груди зашевелилось теплое, дрожащие и разгоряченное создание, тыкающееся в шею, жадно вылизывающее кожу плеч, груди, шепчущее что-то о любви и порой вздрагивающее. Хейке ощущал, как возбужден мальчик, даже против своей воли, его тело уже привыкло к сексу, оно ждало его каждую минуту, порой Ари казалось, что Юико не знает каково это – утром не разбудить господина своими ласками. Мальчик потерся робко пахом о бедро хозяина, прося большего, помутневшие от похоти глаза по щенячьи ждали любой ласки, от которой мальчик мог кончить.
- Глупый…,- сухо произнес, наконец, Хейке, запутываясь пальцами в щелке волос и пряча улыбку от своих рабов:
– Тебе будет приятно, поверь мне-, продолжал нашептывать Ари мальчику на ушко, попутно поглаживая его маленький членик, добиваясь чтобы орган окреп в ладони. Через секунду поглаживаний Юико перестал сдерживаться, стал всхлипывать и бесстыдно развел бедра как можно шире, удобнее устраиваясь между ног хозяина. На щеках заиграл румянец, дыхание стало шумным и частым, словно Юико пытался сделать один длинный вдох, прерываемый лишь всхлипами и неразборчивым лепетом. Его ягодицы порой сжимались, мальчик безотчетно толкался в теплую ладонь, капризно фыркая и изгибаясь, когда хозяин прекращал ласку.
- Пожалуйста… господин..- не выдержав, еле слышно пролепетал Юико, срываясь на отчаянный всхлип. До разрядки было всего ничего, но пальцы внезапно покинули головку, перестали дразнить колечко ануса и мягко поглаживать яички. Мальчик выгнулся под невообразимым углом в поисках пропавшей ласки, но взамен нее получил легкий толчок в спину. Теперь Юико было все равно, почему плачет этот гаидзин, почему что-то говорит о позах, он не стал разбираться в том, как удобнее будет это делать, он просто неумело лег на парня, успев только толкнуться членом в колечко мышц, как его тут же накрыла теплая волна оргазма. Худенькое тельце била дрожь, мальчишка весь перемазался в сперме обоих мужчин, но на его лице сейчас отражалась только одна эмоция- благодарность.
-  Видишь, как все просто? – Хейке слепо щурил глаза, лишь по расплывчатым очертаниям догадываясь, что произошло. Одевать очки вновь было лень, мужчина потянулся и чуть пошатываясь встал, с непонятно откуда взявшейся лаской, обхватил мальчика за живот и приподнял, помогая забраться к себе на руки.
- Но на сегодня хватит, ты весь дрожишь… Устал?- шепот был еле различим, Хейке сощурил глаза, чтобы видеть куда двигаться,  пока Юико молча кивнул и благодарно посмотрел на своего господина.  Чуть ступив к дверям, мужчина обернулся, вспомнив, что на полу лежит его новый раб, с которым предстояло еще работать и работать, а эта видимая покорность явно была напускной. От пленника можно было ожидать чего угодно, потом, когда тот освоиться и отойдет от шока. Поэтому Хейке распорядился приковать мальчишку к койке в камере, кормить и поить только через зонд- раб должен заслужить вкус пищи, промывать кишечник каждые четыре часа и обязательно поставить мочевой катетер – теперь, чтобы справить нужду по – человечески, Джеймс должен хорошо постараться.
Уже глубокой ночью, Ари спустился в подвалы собственного дома, чтобы проведать, как выполняется его приказ. Парень то ли спал, толи просто притворялся, демон лишь с шумом втянул чуть сыроватый воздух и чиркнул зажигалкой. В полутьме мелькнул прикуренный конец сигареты, мужчина поежился и закутался плотнее в домашнее кимоно, не сводя взгляда с прикованного раба.
- Джеймс, как ты себя чувствуешь?- ничего более глупого Хейке спросить не мог, со сна плохо думалось, а тело все еще нежилось в шелковых простынях, лень отступала под натиском никотина неохотно, а мозг вообще даже не пытался работать. Мужчина придирчиво осмотрел член парня, из которого торчал катетер, довольно широкий, чтобы причинить дискомфорт. Демон вздохнул и погладил парня по разведенным бедрам, словно хотел пожалеть того.
- Ты красив, Джеймс, тело твое словно храм похоти, ты знал об этом? Не бойся меня, я причиню тебе ровно столько боли и страдания, сколько ты сможешь вынести, но пройдя через нее, ты поймешь, что это высшее блаженство – быть моей вещью…Быть моим..-, пальцы с зажженной сигаретой изучающее прошлись по паху, вверх к впалому животу и остановились у самого пупка, очертив полукруг. Пепел слетел с конца сигареты на лобок парня, чисто выбритый, без единого волоска.

0

11

Юико хныкал, не желая ни прикасаться к его телу, ни выполнять приказ своего Хозяина, рискуя вновь получить от того оплеуху. Джеймс понимал его… Будь он на месте Юико он бы тоже не захотел прикасаться к подобному жалкому существу, распростертому на полу. Постепенно, с отступлением наркотического опьянения и перевозбуждения, на место жалости к самому себе пришла злость и ненависть… Нет, на на этого японца-альбиноса, который теперь считал себя его Хозяином. Лишь считал, не являясь им в сознании мальчика. По крайней мере сейчас, когда сознание прояснилось, и парень обрел способность ясно и четко мыслить. Злость на самого себя, на свою слабость и беззащитность, на эти жалко стекающие по щекам на пол слезы, на свою позорную покорность… К японцу Джеймс на тот момент не испытывал ничего. Шок прошел, страха перед ним парень больше не испытывал. Быть может только жалость… Пожалуй, что именно так. Ему было жаль этого человека. Его никто не любил натурально: в Юико любовь к нему была попросту вдолблена еще в детстве, слуги и доктор его боялись…
Вот сейчас он уговаривает Юико заняться с ним сексом, нашептывает ему о том, как это замечательно и приятно, ласкает его. Ему страшно. Этот человек боится одиночества. Вырази ему свою непокорность Джеймс, от парня не осталось бы ничего, что можно было бы послать на опознание матери, но Юико… Он боялся потерять это доброе маленькое существо, бескорыстно любящее его, дорожащее им, верное лишь одному ему, готовое снести все муки Ада ради него.
Равнодушно лежать и слушать всхлипы и мольбы Юико, лаская правой рукой свой член. Насчет самоудовлетворения никаких указаний не было, да и если бы были Джеймс бы их сейчас не послушал. Ему просто хотелось, и он удовлетворял себя. Разве это преступление? Когда парень был уже готов вот-вот разрядиться, Юико наконец сдался и все-таки решил испробовать свои силы на нем, что у него не ахти как получилось, но Джеймсу до этого дела никакого не было. Он просто разрядился большей частью вновь в свою руку и немного на парнишку, слегка запачкав его своей спермой.
Что было потом, Джеймс помнил плохо: после разрядки возбуждение пропало, и на него накатила такая слабость и сонливость, что парень тот час бы уснул, лежа на холодном каменном полу, если бы не слуги, начавшие тормошить его.
Еще пару часов мучений (промывание кишечника, кормление через зонд, помывка, удаление волос, введение катетера) и парень, прикованный в не очень удобной позе к жесткой койке в своей камере, мог теперь просто немного отдохнуть, что он и сделал, уснув, как убитый на четыре часа, после чего его вновь растолкали, дабы вновь повторить промывание кишечника. Вновь уснуть не удалось, поэтому Джеймс просто лежал и тупо смотрел в потолок, пытаясь ни о чем не думать и, по возможности, не шевелиться – член с введенным в него катетером ныл ужасно…
В темноте чиркнула спичка, и на мгновение мелькнул огонек. В воздухе появился сначала едва уловимый, но с каждым шагом посетителя все более крепнущий запах сигаретного табака.
- Джеймс, как ты себя чувствуешь? – это был голос того японца, который его купил.
- Нормально… – тихо произнес парень, хотя и понимал, что ответа этот вопрос не требовал. Этому человеку все равно… А вопрос был задан для того, чтобы хоть как-то начать разговор с ним.
- Ты красив, Джеймс, тело твое словно храм похоти, ты знал об этом? Не бойся меня, я причиню тебе ровно столько боли и страдания, сколько ты сможешь вынести, но пройдя через нее, ты поймешь, что это высшее блаженство – быть моей вещью…Быть моим…
Вздрогнуть от прикосновения его прохладной руки к бедрам, слегка поморщиться. Почему же он такой холодный? Фальшиво-ласковые поглаживания. Противно… От одной мысли, что он теперь чья-то вещь парня мутило.
С конца сигареты японца слетел горячий пепел и приземлился на лобок Джеймса, слегка обжигая кожу. Вздрогнуть и вновь поморщиться. На сей раз от боли, а не от отвращения.
- Горячо. – так же тихо заметил парень, смело глядя в лицо своему Господину.
- Вы неплохо позаботились о пресечении возможности моего побега. Даже не знаю, что еще сказать… Думаю, нам действительно теперь придется привыкать друг к другу. Вернее, мне придется к Вам привыкать. – Джеймс отвел взгляд от лица своего владетеля и замолк на минуту, раздумывая, стоит ли ему задавать следующий вопрос или нет.
- Как Вас зовут, если не секрет? А то как-то неудобно общаться с человеком, чьего имени я даже не знаю…

0

12

Мальчик дрожал по прикосновениями, вызывая легкую усмешку Ари, все так же без тени эмоций продолжавшего гладить любимую игрушку по точеным изгибам юношеского тела, не знавшего до сегодняшнего дня большей ласки, чем давал японец. Затянувшись в последний раз, демон с удовольствием втянул ноздрями тепло человеческого тела, которое его пьянило не хуже рома. Вот только пробовать его всего Ари не спешил, отчего то упрямо оставляя дистанцию между собой и мальчишкой, распятым на кровати. Тот еще пытался выглядеть смелым, безрассудно растрачивая свои силы на пустоту фраз, демон в этом не понимал людей- они все время спешат сделать что-то бессмысленное и отчаянное, даже не взвесив при этом ситуацию. Японец прикрыл глаза и зевнул, отмахиваясь широким жестом от докучающих слов пленника и кутаясь в свою юкату еще глубже.
- Не люблю сырость..- проговорил мужчина словно кому- то стоявшему рядом, поправив очки и уже больше не прикасаясь к мальчишке.
- Ари Хэйке,- после длительного молчания, представился Ари, расценивая поведение мальчика, как результат воздействия наркотиков. Теперь на языке пацана явно вертелось все то, что и в мозгах, а значит не плохо было бы заткнуть рот этому уродцу. Демон сладко потянулся и обошел койку с другой стороны, смешно шурша тапочками, приложил тонкие пальцы к своим губам и долго думал, прежде чем снова заговорить.
- Завтра я сделаю с Юико очень важную процедуру и буду вынужден наслаждаться лишь твоим обществом где- то три с половиной недели. Неделя - на выучку дисциплины, неделя на то, чтобы научиться ублажать мужчину, остальное время- на пожинание плодов твоей учебы, Джеймс. - Ари говорил с ленцой в голосе, растягивая порой гласные и ошибаясь в английских словах, что резало слух, но только не японца. Мужчина присел рядом с Джеймсом и лизнул того в щеку, от уголка губ к мочке уха, чтобы прокусить его и впиться зубами в нежную плоть. Если мальчишка рискнет рыпаться, то лишиться части уха, пока же Ари наслаждался вкусом крови своей игрушки, посасывая укус и пьянея.
- Сладкий.....мой..задумаешь сбежать- я не стану тебя держать, беги, если сможешь Джеймс...- хихикнув демон перекинул ногу через торс мальчишки и уселся на него верхом, слизывая с уголка губ капли крови. В обычно серых стеклянных глазах блеснул огонек, Хейке покрепче сжал коленями бока парня, словно строптивого жеребца при выездке, с силой схватив ладонью лицо Джеймса, склонился над вторым ухом и уже медленно стал прокусывать мочку. Под клыками приятно потекла кровь, Ари не давал мальчишке рыпаться, с силой придавив его к кровати и сжав рукой челюсть.
- Беги...Но если я поймаю тебя....грешники в аду не позавидуют тебе, мой маленький..- шепотом проговорил Ари, обсасывая второе ухо, почти как ребенок грудь матери, с упоением и с сытым урчанием.

0

13

Японец пропустил первые его фразы мимо ушей. Чтож, ничего другого Джеймс и не ожидал, но все же было немного неприятно… В добавок ко всему его продолжали гладить. Примерно минуту парня сильно тошнило от поглаживаний, но затем он с ужасом осознал, что подобные ласки этого человека ему даже немного нравятся. Особенно в особо нежных и, на взгляд Джеймса, немного интимных местах. Это расслабляло и немного успокаивало тупую боль в члене. Но, как бы то ни было, мальчик старался этого не показывать.
- Не люблю сырость… – руки владетеля покинули его тело, заставляя искру сожаления об этом промелькнуть в глазах парня. Слова японца были обращены, как и раньше, не к нему. Это было скорее некое размышление вслух. Казалось эому мужчине просто необходимо, чтобы его кто-то молча выслушал. Не перебивая, не отвечая на вопросы, не мешая ему самому размышлять на его потаенные темы… По крайней мере, так понимал его поведение парень, на которого после ласки вновь накатила сонливость. Незнакомец долго молчал, и Джеймс начал было вновь засыпать, но японец вновь заговорил.
- Ари Хэйке. – представился он, обходя койку, к которой был прикован мальчик, с другой стороны. Коротко кивнуть и, по привычке, вдолбленной в него матерью еще в детстве, ответить:
- Приятно познакомиться, мистер Хэйке.
В воздухе вновь повисла пауза. То ли мужчина обдумывал его слова, то ли думал о чем-то своем – этого Джеймсу знать было не дано. Зато когда японец заговорил, парню очень захотелось как минимум запустить в него чем то. И дело было не только в ужасном произношении, с ним-то мальчик мог еще смириться, а в самой сути сказанного.
- Завтра я сделаю с Юико очень важную процедуру и буду вынужден наслаждаться лишь твоим обществом где- то три с половиной недели. Неделя - на выучку дисциплины, неделя на то, чтобы научиться ублажать мужчину, остальное время - на пожинание плодов твоей учебы, Джеймс.
- Что? Что Вы решили с ним сделать?! Не трогайте Юико, пожалуйста… Хотите, мучайте меня, но его не трогайте… – только и успел вскрикнуть Джеймс, прежде чем зубы его Хозяина достигли его уха, прокусывая его. На глазах выступили слезы. От боли и от осознания того, что этот человек решил причинить вред Юико. Дергаться сейчас было бессмысленно и опасно, поэтому Джеймс лежал спокойно, лишь закрыв глаза и закусив губу.
- Сладкий... мой… задумаешь сбежать - я не стану тебя держать, беги, если сможешь, Джеймс...
Тошнота вновь подкатывала к горлу. Спустя мгновение мужчина оказался сидящим сверху. Сейчас, когда зубы его владетеля покинули его ухо, можно было хоть немного подергаться, не опасаясь лишиться части своего органа слуха. Парень, насколько позволяли оковы, дернулся, выгнув спину, пытаясь сбросить с себя японца, но тут же успокоился, почувствовав крепкую хватку мужских коленей на своих боках.
Пытаться сейчас сбросить Хэйке с себя было бесполезно, поэтому Джеймсу пришлось, смирив свою гордость, присмиреть и притихнуть, ожидая того, что будет дальше. А дальше сильная мужская рука его Хозяина сжала как в тисках его подбородок, не давая ему вертеть головой, а его острые зубы вновь вернулись, правда уже к другому уху, медленно, мучительно больно прокусывая мочку. Охнуть, издав тихое, почти змеиное шипение…
- Беги... Но если я поймаю тебя... грешники в аду не позавидуют тебе, мой маленький…
Этот шепот в совокупности с посасыванием и покусыванием его мочки, казалось, могли свести с ума. С тошнотой парню удалось справиться. Теперь он просто лежал с закрытыми глазами, глубоко дышал и, то и дело морщась от боли, более не издавал почти никаких звуков.
- Бежать? Интересно куда? Даже если мне и удастся от Вас сбежать, в чем я уже начал сомневаться, мне некуда бежать. Я здесь ничего и никого не знаю, сэр… – с трудом проговоренные (рука на челюсти мешала) после продолжительной паузы слова.

0

14

Похоже, у мальчишки совсем отсутствовало чувство собственного самосохранения и разум в купе, Хейке даже рассмешил факт заинтересованности судьбой Юико, которому предстояла простая процедура обрезания крайней плоти. Болезненно и не приятно, но мальчику пойдет на пользу.
-Спасибо, что разрешил. Пойду и обрадую малыша,- легко спрыгнув, Ари потянулся, теряя всякий интерес к рабу, что было вполне закономерно. Он уже его трахнул, удовлетворил свою похоть, теперь можно было и не спешить. Невольник все равно некуда не денется, даже если захочет, а еще с таким наивным взглядом на жизнь, так тем более останется тут гнить.  Вспомнив какую –то незамысловатую песенку, Хейке затянул ее, в раздумьях удаляясь  из подвала.
Мужчина ушел, а слуги исправно продолжали выполнять его приказ - слишком суровым мог быть гнев хозяина в случае не послушания.
Юико спускался сюда в первые, чуть морщась от ощущения рези во всем члене. Боль уже не была такой сильной, а доктор вчера прописал таблетки, но мальчик хотел стать настоящим мужчиной и не притронулся ни к одной, пока не свалился в обморок в ванной. Процедура прошла в полной тишине, слуги держали мальчика и затыкали ему рот, хотя сам малыш не собирался кричать по началу, осознанно подходя к процессу становления мужчиной. Хозяин хотел, чтобы головка его члена была постоянно на виду, не пряталась за бесполезный лоскут кожи, значит надо потерпеть. Под наркотиком боль была не сильной, но Юико все таки не выдержал и попытался кричать, наверное, и описался бы, если бы доктор не вывел мочу катетером перед операцией. А вчера днем Хозяин взял мальчика, да, он был практически нежен, но маленький анус Юико, приняв много смазки, все таки не был готов к такому. Хозяин, словно ненасытный зверь, брал мальчика в каждом уголке дома, грубо, почти не подготавливая, от чего у Юико теперь болел не только член, но и в туалет он ходил с диким воплем. Доктор же убеждал, что все целое и кричать не пристало. Теперь у Юико была смешная походка уточкой, он ходил в раскорячку, сводить бедра совсем близко оказалось мучительно больно- головка члена была красной и опухшей, малыш боялся даже писать стоя, садился по –девчачьи на унитаз  и долго мучился. В остальном же мальчик стал тише себя вести, проводя свободные часы в отсутствии хозяина где-нибудь в саду у озера с рыбами, играя на флейте и изучая новые танцы. Вечер, когда он решил спуститься в подвал, был третьим, после того, как слуги отнесли туда иностранца. Любопытство мальчика сыграло свою роль, к тому же завтра утром он улетал в Японию. Начиналась учеба и время, когда он не сможет видеть господина так часто, как может.
Иностранец все так же лежал на кровати, прикованный, из члена у него торчала какая то трубочка, Юико даже сжал зубы до скрипа, у него самого резануло в паху так, что впору взвизгнуть. 
- Ари уехал..На месяц в страну, где постоянно идет дождь , и люди пьют плохой чай,- тихо с замиранием в сердце произнес Юико, переступая порог темницы. Тут пахло мочой и плесенью, тонкий носик поморщился.
- тебе больно? – Юико подошел ближе и поднес в лицу невольника огромный для  размеров малыша садовый фонарь, в котором трепетало пламя. Видимо, мальчик не знал где тут выключатель. Узкие темные глаза уставились на член и после минутного молчания Юико проговорил:
- У меня болит, но я терплю, как настоящий самурай. Доктор сказал, что все заживает хорошо…И я скоро смогу приехать сюда снова, -поставив фонарь на стол, мальчик попал под тусклый свет огня- в обычных шортах, футболке и кофточке, в гольфах, которые не скрыли синяков на бедрах, но похоже Юико даже ими гордился.
- Пожалуйста, не поддавайся его чарам..Я знаю, что это не возможно, но ты постарайся..И беги..беги, если есть куда бежать, а если нет, то ты все равно беги, потому что тебе не место тут..Он  не знает этого, но я вижу…Я могу позвонить  твоим близким..Хочешь?- мальчик перешел на шепот, склонился к истерзанному и воспаленному уху пленника, боясь, что их могут услышать.

0


Вы здесь » .| Городские сказки » ● Жилые районы » Дом Хэйкэ